В интересах достижения глобальной энергетической независимости, обеспечения доступа к энергоресурсам и их ценовой доступности МЭА должно придерживаться курса на чистую энергетику и борьбу с изменением климата, а не поддаваться давлению со стороны США, уверена председатель Ember Брайони Уортингтон.

На последней министерской встрече Международного энергетического агентства, которая проводится раз в два года, США в лице министра энергетики Криса Райта потребовали исключить изменение климата из списка приоритетов и, судя по всему, успешно убедили агентство отказаться от этой идеи.

Выступая на пленарном заседании и в своем официальном заявлении для прессы, Райт подверг резкой критике работу Международного энергетического агентства за последние пять лет, заявив, что оно заняло антиэнергетическую позицию и публикует сценарии, оторванные от реальности. США, крупнейший мировой экспортер ископаемого топлива, хотят, чтобы МЭА сосредоточилось на «реальности», которая заключается в том, что ископаемое топливо по-прежнему обеспечивает примерно 80% наших потребностей в первичной энергии. Следующим по величине источником энергии в мире по-прежнему являются биомассы — древесина и навоз, — которые, по его мнению, следует заменить газом.

Но вот в чем дело.

Причина, по которой так много людей до сих пор полагаются на традиционную биомассу (на долю которой приходится около 5% мировой энергетики), заключается в том, что ископаемые виды топлива, несмотря на то, что у них было более ста лет на то, чтобы избавить людей от нищеты, повысить уровень жизни и обеспечить экономический рост во всех регионах мира, оказались неэффективными. Может быть, дело в том, что опора на ископаемые виды топлива в вопросах развития человечества в корне неверна?
Большинство стран не могут похвастаться богатыми запасами ископаемого топлива. Вместо этого они сосредоточены в руках нескольких стран.

Даже в тех развивающихся странах, где есть запасы ископаемого топлива, как, например, в Нигерии, добывающие компании добывают сырье, перерабатывают его за рубежом, получая прибыль, а затем продают готовую энергию стране по высокой цене. А те относительно немногочисленные страны, которым повезло с географическим положением и которые имеют больше запасов, чем могут использовать внутри страны, уже давно стремятся контролировать рыночные цены и получают сверхприбыли из-за геополитической нестабильности. Инвестиции в менее прибыльные рынки для расширения доступа к энергоресурсам не являются приоритетом. Что касается природного газа, то ключевая проблема заключается в том, что для его транспортировки и хранения требуется мощная инфраструктура, а это недешево. Поэтому его внедрение в странах с низким уровнем дохода происходит медленно и неравномерно.

Таким образом, использование биомассы продолжается даже в первой четверти XXI века. И почему? Потому что деревья (и навоз) — это дешевый источник возобновляемой энергии, который можно найти практически везде.

Но что, если бы существовала альтернативная энергия, обладающая теми же или даже лучшими характеристиками? Широко распространенная, возобновляемая и доступная по цене? Встречайте солнечную энергию плюс аккумуляторы.

Такое сочетание технологий — это история успеха в области обеспечения доступа к энергии, и оно позволит решить проблему доступа к энергии в тех регионах, где ископаемое топливо до сих пор не использовалось. И солнечные панели, и аккумуляторы резко подешевели благодаря массовому производству и быстрому освоению технологий — настолько, что сегодня в большинстве регионов нет более быстрого и дешевого способа увеличить энергетическую мощность.

А в тех местах, где людям нужен доступ к энергии, много солнечного света, и установка инфраструктуры вместо постоянной закупки топлива теперь очень привлекательна. В результате экспорт солнечных панелей из Китая в Африку в прошлом году уже значительно увеличился, а в Индии в последние годы наблюдается огромный рост солнечной энергетики. Более точные данные появятся в конце этого года, когда будут опубликованы глобальные обзоры по энергетике от Международного энергетического агентства, Ember и других организаций.

Кроме того, электроны, накопленные в аккумуляторах, не только обеспечивают освещение, тепло и работу двигателей, но и приводят в движение транспортные средства. В странах, где нет развитой сетевой инфраструктуры, для этого часто используются сменные аккумуляторы, которые можно заряжать в автономном режиме и заменять на новые. Это более надежный способ хранения энергии и подзарядки транспортного средства. Древесина на это не способна, поэтому странам приходилось закупать дорогостоящие нефтепродукты, но аккумуляторы и солнечные батареи могут решить эту проблему.

Именно транспорт, а не производство электроэнергии, является самой затратной частью, связанной с энергетикой, источником торгового дисбаланса и нестабильности для многих менее развитых стран. Именно поэтому Китай (и все больше Индия) уделяют электрификации транспорта не меньше внимания, чем развитию энергетического сектора. И это уже приносит свои плоды: ожидается, что спрос на нефтепродукты для автомобильного транспорта снизится примерно на 3% в прошлом году. Импорт нефти по-прежнему вырос чуть менее чем на 1%, но большая часть этой нефти была пополнила стратегические запасы. А в Индии переход на электромобили тоже происходит, причем на гораздо более раннем этапе, чем в Китае.

В конце своей пресс-конференции Крис Райт признал, что более экологичные альтернативы ископаемому топливу, скорее всего, не нуждаются в сценариях, которые помогли бы им играть более значимую роль в мировом энергетическом секторе, поскольку они будут «парить, как орлы», благодаря своим ценовым (и эксплуатационным) преимуществам.

Но, вероятно, именно поэтому США (и другие нефтедобывающие страны) так стараются заставить МЭА включить в свои сценарии показатели, свидетельствующие о замедлении темпов перехода к «чистой» энергетике: на случай, если идея о том, что ископаемое топливо может начать стремительно терять популярность, получит распространение. Сейчас задача состоит в том, чтобы замедлить неизбежный переход к «чистым» технологиям и сохранить мир, в котором спрос контролирует добыча ископаемого топлива, а не наоборот.

Для остального мира, который по-прежнему рассматривает изменение климата как фактор риска и угрозу человеческому благополучию, переход на более чистую энергетику сулит множество преимуществ: с точки зрения энергетической безопасности, изобилия и доступности энергоресурсов, чистой окружающей среды и более стабильного климата. Международное энергетическое агентство должно всегда опираться на фактические данные и относиться ко всем источникам энергии одинаково.

Однако в действительности некоторые источники энергии более равноправны, чем другие, и именно поэтому они будут доминировать. Скорость перехода зависит от множества факторов, и мы должны противостоять нынешним попыткам США замедлить этот процесс.

Председатель Ember, баронесса Брайони Уортингтон