В основе философии устойчивого развития экономической деятельности, которая строится на принципах бережного отношения к окружающей среде, высокой социальной ответственности, высоком качестве корпоративного управления, заложены стандарты ESG (Environmental, Social, and Governance). В нашей стране принципы ESG менее распространены, чем за рубежом, хотя и российские компании постепенно внедряют их в бизнес. Энергетики — не исключение.

Требуются серьезные вложения

Только в 2023 году, по данным Международного энергетического агентства (МЭА), объемы выбросов углекислого газа (CO₂), связанные с энергетикой, увеличились на 410 млн тонн, или на 1,1% и достигли показателя в 37,4 млрд тонн. В этой связи, многие компании заинтересованы в уменьшении загрязнения окружающей среды, сокращении углеродного следа и отходов, эффективном управлении ресурсами.

«Для реализации амбициозных ESG-проектов необходимо снижение зависимости от углеводородов и переход к диверсифицированной энергетической системе, которая бы включала возобновляемые источники энергии (ВИЭ) в более значительных масштабах, — считает исследователь Центра устойчивого развития Школы управления Сколково Евгения СЕРГЕЕВА. — Данный переход требует серьезных капитальных вложений, технологических инноваций и пересмотра текущих бизнес-моделей. Это может оказаться трудным и рискованным процессом без должной поддержки со стороны государства и международных партнеров».

Согласно отчету МЭА, несмотря на нехватку финансирования, в 2024 году глобальные инвестиции в экологически чистую энергетику почти вдвое превысят объем средств, направляемых в ископаемое топливо.

«В России уже есть примеры компаний, которые делают шаги в сторону устойчивого развития, — продолжает Евгения Сергеева. — Некоторые крупные игроки энергетического сектора активно внедряют проекты по декарбонизации, увеличивают долю ВИЭ в своем портфеле и участвуют в глобальных инициативах по снижению воздействия на климат. По данным Ассоциации развития возобновляемой энергетики (АРВЭ), за последние пять лет общая установленная мощность зеленых источников энергии в России увеличилась в два раза».

Цели и цифры

Безусловно, представляют интерес конкретные инициативы и цифры.

К примеру, ПАО «НК “Роснефть”», по итогам 2023 года, сократила абсолютные выбросы парниковых газов (ПГ) охвата 1 (прямые выбросы предприятия при производстве) и 2 (выбросы от потребленной (закупленной) электроэнергии) на 5% относительно 2020 года. Площадь загрязненных земель «исторического наследия» с 2022 года уменьшилась на 11%.

В 2023-м на добывающих активах компании завершено строительство 12 объектов по рациональному использованию попутного нефтяного газа (ПНГ). А комплексная программа мониторинга источников эмиссии метана охватила более 800 объектов на 27 предприятиях. В прошлом году завершен подготовительный этап масштабного лесоклиматического проекта, призванного обеспечить поглощение углерода объемом 10 млн тонн СО₂-эквивалента.

96,2 млрд рублей составили расходы Группы «Газпром» на охрану окружающей среды в 2023 году. В числе приоритетов компании до 2050 года в области низкоуглеродного развития: газификация регионов и перевод транспорта на природный газ; сокращение прямых (охват 1) и косвенных (охваты 2 и 3) выбросов ПГ по всей технологической цепочке. Повышение энергоэффективности производственной деятельности, максимально возможное предотвращение выбросов метана в соответствии с наилучшими практиками, утилизация ПНГ. Развитие системы управления климатическими рисками, реализация мероприятий по адаптации к возможным изменениям климата.

Внимание также уделяется совершенствованию учета и мониторинга выбросов ПГ, в том числе с применением космических технологий, и внедрению инноваций и наилучших доступных технологий (НДТ) в области низкоуглеродного развития и многим другим аспектам. Среди заявленных целей — сокращение выбросов ПГ за счет новых проектов в области газификации и перевода транспорта на природный газ в период 2023–2035 годов на 69 млн тонн СО₂-экв.

На производство чистой энергии и декарбонизацию энергообъектов ориентирована Группа «РусГидро», выразившая намерение возглавить повестку развития чистой энергетики в РФ. В этой связи большой упор делается на модернизацию и строительство новых мощностей ВИЭ, в первую очередь гидрогенерации, включая малые гидроэлектростанции (ГЭС), реализуемые через ДПМ ВИЭ, а также солнечные и ветровые электростанции. Ведется работа по замещению дизельной генерации на удаленных и изолированных территориях зелеными источниками энергии. Ожидается, что установленная мощность объектов генерации Группы «РусГидро» превысит 40 ГВт, а прямые выбросы ПГ ее объектами к 2035 году уменьшатся на 9%.

Кто больше?

Затраты ПАО «Северсталь» на природоохранную деятельность в 2023 году составили 6,1 млрд рублей.

Расходы Группы «Газпром» на охрану окружающей среды — 96,2 млрд рублей.

ПАО «Северсталь» настроена к 2025 году сократить уровень производственного травматизма на 50%, снизить выбросы в атмосферу загрязняющих веществ на 13%, уменьшить массу размещаемых отходов на 20%, обеспечить прохождение всеми предприятиями компании оценки соответствия международному стандарту ISO 45001. Затраты на природоохранную деятельность в 2023 году составили 6,1 млрд рублей. Один из основных проектов, реализуемых в рамках повестки ESG, — реконструкция доменной печи №3 — в рамках данного проекта завершено строительство экологических объектов, в результате чего удастся сделать производство чугуна максимально экологичным по всей технологической цепи.

Ориентир — более устойчивые практики

«Энергетический сектор играет ключевую роль в реализации повестки устойчивого развития, — убежден доцент экономического факультета РУДН, к. э. н. Константин Гомонов. — Вспомним ЦУР 12 «Обеспечение перехода к рациональным моделям потребления и производства». Многие процессы — и экономические, и жизнедеятельности человека связаны с потреблением энергии, что делает вопросы энергоэффективности и разумного использования ресурсов особенно актуальными. Переход к более устойчивым практикам в энергетике, таким как улучшенная энергоэффективность, внедрение ВИЭ, а также пересмотр и оптимизация процессов добычи, производства и потребления энергии, непосредственно способствует достижению данной цели. Это помогает минимизировать экологический отпечаток, сократить выбросы парниковых газов и улучшить качество окружающей среды, обеспечивая тем самым базис для устойчивого экономического роста и повышения качества жизни».

Перспективными направлениями для устойчивого развития России, по мнению эксперта, являются:

• энергетическая трансформация: снижение углеродной интенсивности и расширение доли вновь внедряемых источников энергии.
• технологическое обновление: применение экологически чистых технологий в промышленности и сельском хозяйстве.
• управление природными ресурсами: совершенствование методов охраны окружающей среды, повышение эффективности использования природных ресурсов.
• социальные аспекты: улучшение условий жизни, доступ к образованию и медицинским услугам для всех слоев населения.

В условиях нарастающей турбулентности

Важно учитывать, что повестка устойчивого развития в России претерпевает значительные изменения, что отражает новый контекст, в котором компании вынуждены адаптироваться к меняющимся условиям. В новый контекст, отмечает Евгения Сергеева, входят такие важные аспекты, как смена ориентиров и драйверов устойчивого развития, сокращение доступных ресурсов, изменения в цепочках поставок и в корпоративном управлении, а также неопределенность в планировании и принятии решений. Эти изменения требуют от бизнеса переосмысления стратегий и усиления гибкости в ответ на новые вызовы.

«Тренды, зародившиеся на международных рынках, оказывают значительное влияние на российские компании, — комментирует эксперт. — Например, более 30% азиатских компаний уже взяли на себя обязательства по достижению Net Zero. Это создает дополнительное давление на российский бизнес, вынуждая его следовать примеру партнеров и адаптироваться к новым стандартам ведения дел, чтобы сохранять конкурентоспособность на глобальной арене».

В условиях нарастающей турбулентности мировых рынков и экономической неопределенности возникает обоснованное опасение, что сфера ESG может столкнуться с вызовами. Одним из ключевых рисков является сокращение корпоративных бюджетов, направленных на финансирование ESG-проектов, что особенно актуально для компаний, в которых устойчивое развитие воспринималось скорее как тренд, нежели как стратегический приоритет. В подобной ситуации может возникнуть серьезный дефицит ресурсов для поддержки инициатив в области устойчивого развития, что подрывает их системность и долгосрочную эффективность.

Дополнительно существует риск нарушения цепочек поставок, которые критически важны для таких сфер, как ВИЭ, технологии хранения энергии, утилизации и переработки отходов.

«Нестабильность поставок может привести к замедлению или остановке проектов в этих ключевых направлениях, затрудняя достижение целей по снижению углеродного следа и переходу к более устойчивым экономическим моделям», — предупреждает Евгения Сергеева.