Ежегодно СПбГУ совместно с компанией «Газпром нефть» определяют сто лучших молодых математиков страны. Конкурс «Математическая прогрессия» дает возможность юным ученым не только продолжать свои исследования, но и впоследствии работать с научными центрами. В число лучших, по итогам 2022 года, попал и Алексей Львов — третьекурсник факультета «Математики и компьютерных наук» СПбГУ. О том, как сегодня живут молодые ученые, он рассказал в ходе открытого интервью.

— Алексей, что из себя представляет «Математическая прогрессия» и каких студентов в ней отмечают?

— По сути, это просто программа стипендий на нашем факультете «Математики и компьютерных наук». Факультет достаточно молодой, его курирует «Газпром» и, соответственно, платит стипендии математикам. Сейчас ее получают около трети студентов. Чтобы выиграть этот конкурс и получить стипендию, нужно хорошо учиться. Здесь учитываются успеваемость, рейтинг. Кроме того, нужно решить специальные задачи. Все это суммируется за семестр и по итогу определяются лучшие. Это для студентов первых двух курсов. Начиная с третьего проводится конкурс курсовых работ — своеобразные мини-научные работы, которые делаются год, и стипендии выделяются уже на их основе.

Стипендия для студентов — это вообще максимально полезно, потому что государственные выплаты очень маленькие. Порядка 2 тысяч рублей — это тот минимум, который все вузы обязаны платить. Ну а дополнительные финансовые средства позволяют не думать о подработках, а просто учиться, ходить на семинары, ездить на конференции. Хотелось бы, чтобы так было везде, а не только в каких-то топовых учебных заведениях.

— Почему вы для себя выбрали именно математику?

— Еще в детстве родители отправили меня в кружок по робототехнике — собирать роботов из «Лего». Он был бесплатный, но, чтобы туда ходить, обязательно нужно было посещать и кружок математики. По итогу, на робототехнике мне не очень нравилось, а на математике я легко решал все задачи и впервые ощутил дух первооткрывателя. Математикой я продолжил заниматься и в школе. К девятому классу было очевидно, что поступать учиться я буду именно на это направление.

Однако сейчас у меня есть много знакомых среди химиков, биологов, геологов, физиков — все они рассказывают, чем занимаются, в какие экспедиции ездят, как экспериментируют на ускорителях. Все это тоже звучит очень интересно. Хотелось бы изучить очень многое, но пока я занимаюсь математикой, а остальные области открываю для себя по чуть-чуть.

— Легко ли студенту сегодня войти в научную среду? Как меняется сейчас эта среда из-за ограниченных контактов с зарубежными учеными?

— Если ты хочешь заниматься наукой, то обычно поступаешь на соответствующий факультет. На большинстве из них, так или иначе связанных с наукой, с определенного возраста проводишь исследования, у тебя появляется научный руководитель. Потом уже в каком-либо институте ты числишься как младший сотрудник.

Случаев, когда тот же «Газпром», например, приходил к бывшим студентам с предложением о трудоустройстве, я не знаю. Но недавно компания организовывала у нас школу по прикладным вопросам, где нужно было придумывать для них алгоритмы. Холдинг проводил это совместно с институтом, так что тем, кто там участвовал, возможно, и предложат в будущем работу.

А вообще, если говорить про наш факультет, то он возник вокруг лаборатории. То есть изначально была лаборатория, где работали молодые ученые, и по мере расширения решено было создать факультет. В этой лаборатории была команда, которая для «Газпрома» на постоянной основе что-то разрабатывала. Это стало одной из причин, почему компания вообще стала выплачивать нашему факультету стипендии.

Что в настоящий момент с этой командой, я не уверен, поскольку многие разъехались. Отток ученых из страны был еще в 90-е. Если взять сейчас университет в любом месте мира и самых крутых профессоров в этом вузе, то россияне среди них однозначно будут. Конечно, то, что все ученые из нашей страны вот так разбросаны по миру, не очень хорошо с точки зрения тех, кто хочет учиться и работать в России.

Есть, например, тема, изучение которой меня сейчас интересует. Но у нас ею никто не занимается. В итоге я нашел хорошего специалиста по этой тематике — он из Санкт-Петербурга, но работает сейчас в Китае. Мы договорились с администрацией факультета, и в этом году он будет читать нам онлайн-курс. Так что современные технологии, в некотором смысле, помогают преодолеть расстояния. Но многие преподаватели уезжали из страны и в прошлом году, и не заметить это было нельзя.

— Чем для молодых людей привлекательно занятие наукой, какие бонусы это дает?

— Те, кто хотят заниматься наукой, о бонусах, как правило, не думают. Во все времена люди тянулись к знаниям, к пониманию, почему и как все устроено. Математика не исключение: там тоже есть целый мир, который ты исследуешь. Самое привлекательное в науке — то, что ты можешь придумать или открыть то, что в дальнейшем впишется в картину мира. То есть до тебя какая-то картина уже существовала, было определенное понимание мира. А потом ты что-то понял, собрал это как пазл, и теперь вы еще больше о мире понимаете, все работает еще идеальнее.

Ну и, конечно, есть в науке достижения чисто бытовые — такие как откачать нефть откуда-нибудь или человека в космос отправить. Но человека в космос это, конечно, более романтично. В советское время видных ученых-математиков в обязательном порядке привлекали к работе над проектами государственной важности, таким как ядерный проект.

Например, математик Михаил Лаврентьев — создатель новосибирского Академгородка — изучал функции комплексного переменного, но при этом еще занимался исследованиями взрывов. Так в городе Алма-Ате в Казахстане он решил вопрос с селями. Проблема была в том, что рядом находились горы и с них сходили сели, которые угрожали жизни города. Лаврентьев рассчитал, как должны сойти сели, чтобы место стало безопасным. Он организовал взрыв в горах, из-за чего сели сошли правильным образом и образовали преграду. Теперь такой опасности там нет. То есть большую часть своей жизни ученый занимался теорией, а потом вдруг сделал так, что целому городу стало спокойно жить. Это очень здорово!

— А чем вы планируете в дальнейшем заниматься — теорией или практикой?

— В первую очередь, хотелось бы стать большим специалистом в какой-то области, которая мне будет нравиться. Когда ты хороший специалист в своем деле, то и практическое применение своим умениям и знаниям всяко найдешь. Так что пока в планах — просто хорошо учиться, а там как будет.