Я с большим интересом слежу за преобразованиями в российской энергетике: реформы в РАО «ЕЭС России», новые идеи в ЖКХ. И, сравнивая задачи, которые стоят перед российскими энергетиками, с ходом реформирования энергохозяйства в бывшей ГДР, отчетливо вижу и некоторые параллели...

И еще одна сторона деятельности, на которую мы в советские времена, а я и тогда был связан с ремонтом и тех-обслуживанием оборудования на электроподстанциях, не обращали особого внимания – это охрана окружающей среды.


Трудности экологии

Случалось, что ведро отработанного трансформаторного масла просто сливали где‑нибудь в землю, вместо того чтобы собирать его в специальную емкость для сдачи.

Подобное «варварство» просто немыслимо в Германии. Согласно предписаниям, все электротехническое оборудование на подстанциях в бывшей ГДР, где применялось трансформаторное масло (силовые трансформаторы, выключатели, дроссельные катушки), должно быть оснащено собирающими емкостями, вмещающими
70% применяемого масла. По западным нормативам уже 100 % от объема используемого масла обязаны иметь в случае аварии резервную емкость.

Вступившие в новых федеральных Землях в силу «Законы о хозяйственной деятельности и воде» предписывают обновлять старые собирающие емкости и обновлять их новыми. Особое внимание обращается и на сбор дождевой воды: отделитель, т. е. сепаратор с отстойником, должен иметь автоматическое управление. А если подстанции находились в зоне забора питьевой воды, то все требования ужесточались многократно.



Варианты строительства подстанций

Или еще одно техническое решение. План развития региона предусматривает строительство промышленного парка, но никто точно не знает, будут ли эти мощности в будущем действительно востребованы. Строительство же стационарной подстанции в пункте, который не находится в вычисленном узле нагрузок, ведет к дополнительным потерям энергии. К тому же планирование, разрешение на строительство и само сооружение подстанции занимают много времени.

Поэтому прямо под трассой ЛЭП 110 кВ строили мобильную подстанцию с высоковольтными газовыми SF6- выключателями, с высоко- и низковольтными КРУ в контейнерах, с резервными емкостями для трансформаторного масла и т. д. Управлялось все это оборудование тоже дистанционно. Подобный вариант зачастую использовали при строительстве новых электроподстанций: рядом с действующим объектом ставили эту мобильную установку, затем обновляли оборудование старой электроподстанции.

В 1990 году энергокомбинат в городе Халле эксплуатировал ТЭЦ, которые были построены еще в 1912 и в 1914 годах. Часть сетевого оборудования была смонтирована в конце ХIХ века! Я помню одну подстанцию в глубинке, оснащенную еще воздушными выключателями фирмы AEG выпуска 1932 года – у нее были необычные тарелкообразные контакты.

Попадалось и оборудование, изготовленное в Болгарии и Румынии, очень редко западного производства. Я видел лишь высоковольтные воздушные выключатели ASEA шведского производства. Почему‑то практически не было электротехнического оборудования, изготовленного в СССР. Естественно, после 1990 года преимущество получили фирмы Siemens, ABB, AEG…

Согласно официальной статистике, наша фирма MEAG обновила с 1990 по 2000 год свою высоковольтную сеть на
43% и подстанции на 71%. Подстанции местной сети были обновлены на 47%.

Стандарты Западной Германии предусматривают следующий уровень напряжения при передаче и распределении электрической энергии: сети сверхвысокого напряжения в 380 кВ и 220 кВ, затем электрические сети высокого напряжения в 110 кВ и среднего напряжения в 20 кВ, т. е. сети от 6 кВ до 30 кВ. Большинство конечных потребителей получают электрическую энергию по номинальному напряжению питания в 400/230 В (европейский стандарт). В промышленных предприятиях используется иногда и уровень напряжения, отличный от вышеназванного.

В новых федеральных Землях электрические сети сверхвысокого напряжения находятся в ведении фирмы VEAG (несколько лет назад ее купил шведский концерн Vattenfall). Это объединение не только транспортирует энергию по высоковольтным сетям, но и генерирует электрическую энергию на своих крупных станциях, работающих на буром угле. В 1992 году наша фирма заключила с VEAG договор, по которому она обязуется в течение 20 лет закупать у нее 70 % необходимой ей электроэнергии. Подобные договора VEAG подписала и с другими региональными предприятиями в Восточной Германии.

Таким образом, гарантируется окупаемость тех многомиллиардных инвестиций, которые были вложены в строительство новых и модернизацию существующих станций. К тому же до недавнего времени действовала оговорка по поводу бурого угля в договорах об электроснабжении в новых Землях – электрический ток для конечных потребителей должен быть несколько выше, чем в старых Землях. Предприятиям возвращали через тарифы часть затрат на огромные инвестиции в обновление сетей.

Совсем по‑иному были организованны распределительные сети в бывшей ГДР. Здесь практически не было электрических сетей в 20 кВ, зато сплошь и рядом сети в 15 кВ и в 10 кВ. При разработке проектов электрических подстанций обязательно учитывали это обстоятельство. По возможности переводили уровень среднего напряжения на стандартные 20 кВ. Если же технически это сразу сделать было невозможно и оставались целые островки в региональных сетях с этим напряжением, то зачастую ставили силовые трансформаторы с тремя обмотками: 110 кВ/20‑15 (10) кВ.



Общая замена трансформаторов

На территории электроснабжения нашей фирмы были с 1990 года заменены многие тысячи из общего числа в 7 000 трансформаторных подстанций. Замена включала в себя не только замену самого трансфоматора. В Германии в населенных пунктах относительно редко применяются мачтовые трансформаторные подстанции, хотя большинство распределительных сетей еще до недавнего времени состояли из воздушных ЛЭП. Исторически сложилось так, что трансформаторные будки, т. е. киоски, строились в форме специального домика-башни.

Снаружи, метрах в 6‑7 от земли крепились изоляторы, к которым присоединялись к разным сторонам здания высоко- и низковольтные провода. Внутри домика, в верхней части башни было смонтировано распределительное устройство, а внизу стоял трансформатор. Устаревшее распределительное оборудование обновлялось, как правило, всегда, вне зависимости от того, заменялся ли сам трансформатор.

Если не применялся сухой трансформатор, то вокруг трансформатора сооружалась своеобразная ванна, и в случае аварии масло таким образом собиралось. В ГДР часто применялся, например и в трансформаторах, жидкий диэлектрик на PCB-базисе. Позже выяснилось, что эта жидкость очень вредна для окружающей среды, и производственному оборудованию, содержащму PCB, был объявлен настоящий бой.

И само здание домика-башни ремонтировалось и приводилось в надлежащий вид. Трансформаторные подстанции нового поколения выглядят, естественно, иначе, они выполнены в виде компактных домиков с КРУ и кабельным вводом, прокладываемым в земле. В районе новостроек или же при переводе распределительных воздушных сетей на кабельные, эти домики-башни зачастую оставались не у дел. Но обычно их не сносили, так как они попадали под Закон об охране исторических памятников. Эти здания наша фирма обязана была отреставрировать, и их превращали, например, в домики для птиц.

При прокладке кабелей вне населенных пунктов стал применяться новый, экономичный и (для Германии это всегда важно) природосберегающий метод запахивания кабеля с помощью специального плуга. Даже если в населенных пунктах воздушные линии и дальше эксплуатировались, то заменялось абонементское ответвление вместе с ящиком домового ввода.



«Бег» от поглощения

Как известно, в Германии в апреле 1998 года вступил в силу Закон о либерализации электрического рынка, который подтолкнул слияние многих фирм. Компании стремились стать мощнее, чтобы их не поглотили конкуренты. Так возникла, например, известная корпорация E. ON Energie, объединив два не менее известных энергетических предприятия PreussenElektra и Bayernwerk.

В 2000 году другой известный энергоконцерн RWE поглотил VEW, материнскую компанию нашей фирмы. Это привело к слиянию в августе 2002 года двух дочерних фирм этих предприятий, MEAG и Еnvia, в единное акционерное общество ЕnviaМ. К слову сказать, Еnvia само лишь возникло за три года до этого из слияния трех региональных предприятий.

Так вот объединенная компания ЕnviaМ инвестировала с 1990 по 2005 год в обновление своего электрооборудования и сетей 4,1 млрд евро, что позволило снизить перебои в электроснабжении на 57 %. Наша фирма MEAG лишь в 1993 году потратила 193,5 миллиона евро на модернизацию сетей и обновление генерирующих мощностей.



Сокращение персонала

Я бы хотел затронуть еще один аспект, который непременно коснется и РАО «ЕЭС России» в ходе ее реформирования – это сокращение численности персонала. Если в конце 1989 года в энергокомбинате Халле работало 5.291 человек, из них 258 учащихся, то через год осталось лишь 3.617 человек. Я пришел в фирму в 1996 году, и число работающих в MEAG было 1.358 человек.

В 2002 году, перед слиянием с Еnvia, в MEAG работало лишь чуть более 900 человек. Потом в объединенном предприятии было 3.336 работников. Не успели высохнуть чернила под объединительным договором, как в ближайшие годы численность персонала должна опять сократиться на 1.000 человек…

Таким образом, только количество персонала предприятия MEAG сократилось за период с 1990 по 2002 год почти в 6 раз!

Сегодня многое изменилось в худшую сторону, но это тема отдельного разговора.

Все электротехническое оборудование в нашем предприятии сооружалось по последнему слову техники, и это тоже вело к сокращению персонала. Если раньше, в ГДР-овские времена на какой‑нибудь крупной электроподстанции работали в три смены десятки людей, то на новой подстанции абсолютно никого нет.

Когда не производится текущее и оперативное обслуживание, она закрывается и управляется дистанционно из центрального диспетчерского пункта в Халле.

Наша фирма построила газовую электростанцию для покрытия пиковых нагрузок. За очень короткое время она по команде из диспетчерского пункта выводилась автоматически на нормальный режим работы. Лишь один человек числился там в штате. В рабочее время он допускал сторонние фирмы для проведения тех или иных обслуживающих работ, проводил визуальный осмотр оборудования станции.