В последние годы компании, работающие в нефтегазовой сфере столкнулись с беспрецедентным кадровым кризисом. Сегодня отрасль находится в точке бифуркации, где старые методы подготовки и мотивации кадров перестали работать, а новые требуют немедленной консолидации усилий всех игроков.

Современная реальность ставит перед российским нефтегазовым сектором серьезные вызовы, связанные с необходимостью постоянного обновления высококвалифицированных кадров. Введение новейших технологий и цифровизация производственного процесса создают повышенный спрос на специалистов, обладающих глубокими техническими знаниями и навыками адаптации к изменениям. Согласно официальным источникам, прогнозируемый дефицит квалифицированных кадров в отрасли достигает десятков тысяч специалистов уже в ближайшей перспективе.

Демография и дефицит: «Если экономика развивается, людей всегда будет не хватать»

Сегодня в нефтегазовом комплексе занято около 1,3 млн человек. Но возрастная структура вызывает тревогу: доля молодежи до 35 лет составляет лишь 27%. Прогноз Минтруда указывает на нарастающий дефицит. К 2032 году только организациям по добыче нефти и газа потребуется порядка 64 тысяч новых работников.

«Знаете, если в стране людей хватает, значит, экономика не развивается. Если экономика развивается, это аксиома: людей всегда будет не хватать», — философски заметил заместитель министра энергетики Эдуард Шереметцев, подчеркнув, что проблема носит структурный характер.

Однако главный вызов кроется не только в количестве, но и в качестве. Из всех выпускников профильных вузов только 40% приходят в отрасль. Остальные либо не обладают реальными знаниями, либо уходят в другие сферы. Причина — ментальный разрыв.

«Молодежь приходит, спрашиваешь: «Кем ты хочешь быть через три года?» А он уже на твою табуретку смотрит. Многие из нас к этой табуретке шли 20–30 лет, а дети хотят быстрее достигать материальных благ», — с сожалением отметил Шереметцев, констатируя конкуренцию за умы не только с другими отраслями ТЭК, но и с сервисами доставки, где стартовые зарплаты зачастую выше.

«Для большинства соискателей зарплата и северный стаж перестали быть единственными определяющими факторами, — уверен заместитель председателя комитета Государственной Думы по энергетике Павел ЗАВАЛЬНЫЙ. — Выпускники вузов стали более разборчивы в выборе работодателя, а компании конкурируют за сильных специалистов не только между собой, но и с другими отраслями».

Кризис инженерного образования: «Бакалавр — это уровень самокатчика»

По данным ректора Санкт-Петербургского горного университета Владимира ЛИТВИНЕНКО, из выпускников-бакалавров по специальности работают лишь 3–5%, а из магистров — 8%. «Тогда вопрос спрашивается: зачем мы сегодня фактически готовим инженеров?» — риторически поинтересовался Владимир Литвиненко.

Он сравнил сегодняшнего инженера с «самокатчиком» на фоне мирового «Мерседеса». Корень проблем, по его мнению, — в школе, где цель образования свелась к сдаче трех предметов ЕГЭ, и в разрушении системы преемственности.

---

Эдуард Шереметцев:

«Это аксиома: если экономика развивается, людей всегда будет не хватать».

---

«Вот наше наследие уходит на глазах», — подчеркнул он, призывая вернуться к фундаментальной шестилетней подготовке с обязательным получением рабочих профессий и сквозной производственной практикой.

У ректора Горного есть свой рецепт спасения: создание Национального центра кадрового научного обеспечения «Корпус горных инженеров», где студенты со всей страны смогут проходить практику на современных полигонах, отрабатывая навыки, а не просто привозя липовые справки.

«Сегодня практикант в законодательстве отсутствует. Студент приезжает, его принимают как безработного с улицы, две недели техники безопасности — и время практики заканчивается. Умный студент поставил печать, заплатил деньги и отчитался», — прокомментировал Владимир Литвиненко.

Профстандарты: справочники vs реальность

Отдельно он коснулся и вопроса о профстандартах. Владимир Литвиненко призвал срочно отказаться от «надуманной» системы и вернуться к единым квалификационным справочникам, как в СССР.

«Ну сравните: давайте под образовательные стандарты переделывать производственные стандарты. Это люди говорят, которые не понимают, что такое образовательная программа», — заявил он.

Однако в Министерстве труда и Национальном агентстве развития квалификаций считают, что не стоит торопиться с выводами. Врио директора департамента оплаты труда, трудовых отношений и социального партнерства Министерства труда Валерий АБРОСИМОВ напомнил, что 25% разделов старых справочников были разработаны более 25 лет назад и морально устарели.

Вице-президент РСПП Федор ПРОКОПОВ, поддержал эту точку зрения: «Сегодня 26-й год. Это означает, что примерно 50% содержания этих квалификационных справочников имеют глубину свыше 30–35 лет. Это не тот инструмент, который спасет инженерную школу».

---

Александр ГОМЗЯК:

«Пять лет назад нефтегазовые компании боролись между собой за выпускника, сейчас приходится бороться с «Пятерочкой» и Wildberries, потому что стартовые зарплаты там выше».

---

«Кто сейчас формирует профстандарты? Именно работодатель, профессиональное сообщество. 38 тысяч человек не сдали экзамен на независимой оценке квалификации. Это много говорит о том, чему учили этих людей», — напомнил Алексей ВОВЧЕНКО из Национального агентства развития квалификаций.

Социальное партнерство и мотивация: «Спасение утопающих — дело рук самих утопающих»

В условиях, когда безработица в стране достигла рекордных 2,2%, а армия как высокотехнологичный работодатель становится прямым конкурентом за кадры, необходимо менять условия труда, — уверены в Нефтегазстройпрофсоюз России. Нужно укреплять социальную защиту работников Крайнего Севера, развивать систему наставничества и совершенствовать взаимодействие с вузами через создание инновационных центров.

Заместитель директора — начальник управления непрерывного профессионального образования и науки департамента образования и молодежной политики ХМАО — Югры Александр ГОМЗЯК подтвердил, что борьба за выпускника проигрывается торговым сетям и маркетплейсам.

«Пять лет назад нефтегазовые компании боролись между собой за выпускника, сейчас приходится бороться с «Пятерочкой» и Wildberries, потому что стартовые зарплаты там выше», — пояснил представитель ХМАО. Он также добавил, что отрасль столкнулась с дефицитом гибких навыков у молодежи — командной работы и критического мышления.

Александр Гомзяк отметил, что сегодня мы наблюдаем опережающие темпы технологических изменений и трансформацию самого производства. Это значит, что необходимо сотрудничество с бизнесом, чтобы вузы и колледжи не отставали в части технологической оснащенности.

«Спасение утопающих — дело рук самих утопающих», — уверен Павел Завальный. Целеполагание со стороны государства есть, однако в моменте конкретных решений, которые бы закрыли все проблемы, ожидать не стоит. Единственный способ преодоления кризиса — консолидация усилий на отраслевом и региональном уровнях.

Необходима синхронизация отраслевого заказа, возвращение к полноценной производственной практике, изменение подходов к мотивации и, возможно, пересмотр философии профстандартов в пользу большей унификации при сохранении гибкости. Главный вызов для нефтегазовой отрасли сегодня — не в недрах, а в головах: сумеет ли она переубедить молодого человека, выбирающего между вахтой на Севере и доставкой еды в городе, что гордое звание инженера стоит многолетнего труда.