Решительный выход США из Парижского соглашения по климату и готовность других стран последовать их примеру заставляет в очередной раз всерьез задуматься об актуальности данного документа. Вопрос о целесообразности участия в климатическом соглашении актуален и для России.

Парижское соглашение по климату, появившееся в 2015 году, подписали более 190 стран, включая США, Китай и Россию. Этот документ — первая в истории попытка объединить усилия всех мировых держав по сдерживанию климатических изменений. Главная цель соглашения — остановить продолжающееся глобальное потепление в пределах 1,5°С относительно доиндустриального уровня и не допустить повышения среднегодовой температуры на Земле более чем на 2°С к 2100 году. Для ликвидации экологических проблем развивающимся странам было решено выделять ежегодно 100 млрд долларов.

С момента подписания соглашения минуло 10 лет. Один из последних анализов ООН показал, что реализация странами заявленных вкладов в климатическую повестку недостаточна для выполнения поставленных целей. Согласно предварительной оценке, удержать рост температуры ниже 2 градусов к 2030 году не удастся. А общий уровень выбросов парниковых газов через пять лет даже с учетом реализации всех национальных вкладов превысит планируемый на 18,1 гигатонны CO₂-эквивалента.

ООН предостерегает, что в случае сохранения нынешних темпов глобальных выбросов, к 2100 году температура может подняться до 3°С сверх доиндустриальных уровней. Развитие событий по подобному сценарию причинит дополнительный непоправимый вред экосистемам планеты.

Иными словами, промежуточные итоги показали, что гладко было только на бумаге.

США ушли

Ярым противником «нового зеленого курса» стали США. Точнее, президент Дональд Трамп, который после своей инаугурации в январе 2025 года заявил о намерении вывести страну из Парижского соглашения по климату. Впрочем, Трамп всегда ставил глобальное потепление под сомнение, называя его мистификацией. Именно по этой причине он, заняв пост президента первый раз, ради стимуляции нефтегазового сектора, объявил о выходе страны из соглашения. Тогда США, по мнению Белого дома, смогли «добиться энергетической независимости». Сегодня у нового-старого президента Трампа по-прежнему в приоритете обеспечение низких цен на нефть, газ и электроэнергию путем поощрения внутреннего производства энергии.

Между тем, Соединенные Штаты — крупнейший в мире производитель нефти и ведущий экспортер сжиженного газа, находятся в мире на втором месте после Китая по величине источников выбросов парниковых газов.

Кто следующий?

Примеру США могут последовать и другие страны. Западные СМИ сообщили о том, что власти Аргентины активно обсуждают подобный сценарий, критикуя «фанатичный энвайронментализм». Вслед за Аргентиной, уже заявившей о намерении выйти из Парижского соглашения по климату, эту тему стали активно поднимать и в Новой Зеландии.

А кандидат в канцлеры ФРГ от партии «Альтернатива для Германии» Алис ВАЙДЕЛЬ на предвыборном мероприятии также дала обещание в случае своей победы добиваться выхода страны из глобального экологического соглашения.

После выхода из соглашения США, крупнейшего в мире эмитента парниковых газов, многие более «чистые» государства осознают, что оставаться в рамках договора им невыгодно и не имеет смысла.

Сомнения звучат и в государствах третьего мира. К примеру, ЮАР, которая сигнализирует о тревогах экономически активных стран Африки, уже озвучила сомнения в выгоде соглашения для государств Черного континента. К примеру, реальной угрозой для экспортной политики многих развивающихся стран, где дорогостоящий переход на зеленые технологии пока невозможен, стало введение ЕС механизмов «углеродного налога на границе» (CBAM). Поэтому еще в 2024 году Бразилия, ЮАР, Индия и Китай настаивали на включении вопроса о недопустимости односторонних ограничительных торговых мер в повестку Конференции ООН по климату.

Россия перед выбором

О своем участии в климатическом соглашении задумалась и Россия, которая добросовестно выполняет обязательства (за последние 35 лет Москва снизила выбросы почти на 70%, что является довольно высоким показателем на фоне других стран). При этом участие в договоре не несет России каких-либо экономических выгод. Напротив, суровые ограничения по климату в дальнейшем могут обернуться новыми торговыми барьерами и привести к снижению экспорта углеводородов.

Крупный бизнес предложил пересмотреть участие страны в климатическом соглашении — соответствующее письмо глава Российского союза промышленников и предпринимателей Александр ШОХИН направил в Минэкономразвития.

Он указал, что за 10 лет действия климатического договора важнейшие элементы (речь идет о глобальном углеродном рынке, климатическом финансировании, трансфере технологий) не начали работать в полную силу. В то же время ряд стран начали пользоваться им как инструментом продвижения собственных экономических и политических интересов. А развивающиеся страны указывают на их явную дискриминацию в рамках механизмов Парижского соглашения. Что же касается развитых стран, то они попросту отказываются от выполнения взятых обязательств.

Заместитель директора Проектного центра по энергопереходу Сколковского института науки и технологий (Сколтеха) Ирина ГАЙДА уверена, что выход из Парижского соглашения по климату не принесет России существенных выгод, а лишь усилит риски. Тогда как участие в соглашении позволит сохранить единство с другими странами БРИКС по вопросу преодоления климатического кризиса. Она напомнила, что в результате предыдущего выхода США из Парижского соглашения Китай смог усилить свои позиции на рынке зеленых технологий. Для Индии ВИЭ стали важным аспектом повышения энергетической независимости. А Бразилия провозгласила новые цели (NDC) по сокращению выбросов парниковых газов на 59–67% к 2035 году.

«На этом фоне выход России из Парижского соглашения оставит нас вместе с США, а также Ираном, Ливией и Йеменом в меньшинстве стран, не поддерживающих международные усилия, вопреки научному консенсусу и наблюдаемым масштабным последствиям изменения климата. Нужна ли нам такая «обособленность»? — задалась вопросом Ирина Гайда.

Вторая причина — доступность финансирования и участие в следующей волне глобального инфраструктурного развития.

«Развитие низкоуглеродной энергетики/сырьевых товаров, а также инфраструктурные программы, направленные на адаптацию к климатическим изменениям, уже сейчас являются большим и растущим рынком, который определят зоны экономического влияния на многие десятилетия вперед. Россия обладает прекрасным потенциалом в таких сегментах, как атомная энергетика, ГЭС, ВИЭ, включая биоэнергетику на базе отходов агропромышленного и лесного комплекса, улавливание и геологическое захоронение углерода и многие другие. Отказываясь от участия в Парижском соглашении, откажется ли РФ от участия в этом рынке?

В-третьих, речь идет и об обеспечении справедливого перехода. Сокращение влияния США на ход климатических переговоров оставит ЕС в качестве единственного драйвера полного отказа от углеводородов. В ходе СОР28-29 именно делегации США и ЕС настаивали на наиболее жестких формулировках по этому поводу. Оставаясь участниками Парижского соглашения, Россия, вместе с единомышленниками из других стран, сможет проводить более сбалансированный подход к использованию углеводородов для обеспечения справедливого перехода», — подчеркнула Ирина Гайда.

Зампред комитета Госдумы РФ по энергетике Юрий СТАНКЕВИЧ, комментируя в СМИ ситуацию, выразил уверенность в том, что Россия, имеющая один из наиболее чистых энергетических балансов в мире, должна наращивать свое преимущество. И что в дальнейшем она будет играть активную роль в формировании новой климатической парадигмы.