— Илья Владимирович, как меняется угольная отрасль Кузбасса, с какими вызовами сталкивается?
— Как известно, Кузбасс — это ресурсная кладовая нашей страны. 50% всей угледобычи сосредоточено именно здесь. И здесь же добывается до 70% коксующегося угля. Все это очень качественные марки, востребованные не только внутри страны, но и далеко за рубежом.
Сегодня угольная отрасль региона сталкивается с изменением ситуации, сформировавшейся за долгие годы.
Первое — это оснащение наших угольных, горнодобывающих компаний техникой и оборудованием.
Долгое время предприятия Кузбасса выступали как испытательный полигон для европейских производителей, в том числе машиностроительных. Они приво-зили оборудование, инженеры наблюдали его в действии, выявляли необходимость корректировок и доводили свои образцы до оптимального уровня.
После введения различных санкций со стороны недружественных стран горнодобывающие предприятия Кузбасса испытывают проблемы с получением запчастей для ремонта и сервиса техники. Ведь до 90% предприятий имели в своем арсенале машины, произведенные в европейских странах.
Значит, сегодня необходимо либо переходить на китайское, либо создавать свое.
Мы уверены, что нужно создавать свое. Поэтому сегодня по ряду направлений стремимся освоить производство горно-шахтного оборудования у себя в Кузбассе, а также в кооперации с другими предприятиями Российской Федерации, в том числе из Донецкой Народной Республики.
Второй тренд касается мировых цен на уголь. Как известно, они волатильны и могут быть как очень высокими, так и очень низкими. Эти изменения — подъемы и падения — происходят с разной периодичностью. И если 2001, 2002 и 2023 годы были периодами высоких мировых цен на уголь, то начиная с 2023 года (а в этом году особенно) цены устремились вниз. По отдельным маркам они упали на 30–40%. Это приводит к разбалансировке экономики региона, ведь 40% налоговых поступлений в Кузбассе обеспечивает угольная промышленность. И если предприятия работают без прибыли из-за низких мировых цен, то и налоговые поступления снижаются.
По итогам 8 месяцев текущего года угольные предприятия региона недополучили 45 млрд рублей доходов. Сейчас предприятия работают «в ноль». Некоторые даже уходят в минус.
— Сказался ли на ситуации в отрасли и, соответственно, на жизни региона, запуск биржевой торговли углем?
— В любом случае мировые цены на уголь перевешивают. Если цена падает, то падает и по прямым договорам, и на бирже. То есть в любом случае, предприятие недополучает прибыль.
В работе с биржей важна еще и четкая логистика. А здесь ситуация также изменилась.
В Кузбассе сосредоточено 50% всей угледобычи.
И здесь же добывается до 70% коксующегося угля.
Ранее мы поставляли свою продукцию и в Европу, и на Восток. Страны ЕС ввели эмбарго на нашу продукцию. Но мировой спрос на уголь достаточно высок, и тот объем, который мы производим, может быть продан странам Юго-Восточной Азии. Большие объемы закупок могут обеспечить такие крупные потребители, как Индия и Китай. Но мы столкнулись с проблемой поставок, на наш груз не хватает пропускной способности железных дорог.
То есть все, что раньше отправлялось на запад и восток, сейчас идет только на восток. Поэтому для нас жизненно важно, чтобы пропускная способность Байкало-Амурской магистрали и других «узких мест» восточного управления была как можно скорее увеличена. Мы ждем этого каждую минуту, каждый день, каждый месяц.
Работы ведутся, но мы зависим от расторопности железнодорожных строителей.
Мы хотим вывозить больше, потому что выпускаем больше, чем отправляем сейчас. И за всем этим стоят люди, весь Кузбасс. Если угольные предприятия не получат доход, они не смогут выплачивать заработную плату, налоги в бюджет. А мы не сможем самостоятельно содержать регион.
Бюджет Кузбасса в состоянии быть профицитным, если будут хорошие цены на уголь и возможность довезти всю выпущенную продукцию до потребителя. Мы могли бы больше реализовывать социальных программ без обращения в федеральный центр.
— Сказывается ли сегодняшняя ситуация на финансировании программы «Чистый уголь — Зеленый Кузбасс»?
— Пока реализовываем все, как задумывали. Разработаны инновационные технологии, которые позволяют уменьшить техногенное влияние и нагрузку на экологию Кузбасса.
Например, внедряются новые способы рекультивации. На месте карьеров строим зоны отдыха, отели, аквапарки. То есть карьер после специальной подготовки заполняется водой, проводится благоустройство и озеленение близлежащей территории, зарыбление прудов, создаются прогретые озера, рядом строятся уютные здания для гостей. Таким образом, на юге Кузбасса создаются рекреационные зоны, куда могут приезжать жители региона отдыхать, купаться, комфортно проводить время, участвовать в спортивных и культурных мероприятиях.
Также для повышения экологичности работ проводится обеспыливание.
Мы уверены, что нужно создавать свое.
Поэтому сегодня по ряду направлений стремимся освоить производство горно-шахтного оборудования у себя в Кузбассе, а также в кооперации с другими предприятиями Российской Федерации, в том числе из Донецкой Народной Республики.
Должен отметить, что каждое мероприятие сопровождается решениями в области экологии.
— КНТП «Чистый уголь — Зеленый Кузбасс» это значительный вклад не только в экологию, но и в научные разработки…
— И это только лишь направление работы научно-образовательного центра Кузбасса. Есть и другие проекты по разработке оборудования. Так, например, на сегодня разработана программа, которую мы планируем представить правительству Российской Федерации для получения субсидирования на проведение работ по импортозамещению.
Это комплексная работа по созданию комбайна для угледобычи. Ранее предприятия региона приобретали это оборудование в Польше, Турции и Германии. Предлагают такие машины китайские производители. Но мы можем на наших заводах производить точно такой же комбайн.
Для этого нужно привлечь группу ученых и инженеров, провести опытно-конструкторские работы, создать опытный, а затем промышленный образец. Это высокотехнологичное оборудование, где много механизмов и узлов, при производстве которых будет задействовано большое количество предприятий страны, в том числе Донецкой Народной Республики, которые всегда специализировались на производстве горношахтного оборудования.
Наши угольщики приобретают ежегодно порядка 30 таких комбайнов, то есть спрос на это оборудование достаточный. Следующим этапом можно будет разрабатывать отдельную программу на проектирование и создание практически любой техники, необходимой угольным компаниям: бульдозеры и экскаваторы разной мощности и производительности и так далее.
— Можно ли будет масштабировать производство данного оборудования?
— Конечно, ведь эти машины подходят для различных целей. Комбайн для угледобычи может эксплуатироваться на любых горных работах. Экскаваторы используются при добыче щебня, на любых земляных работах, в коммунальной деятельности. Любому городу, аварийной службе необходим экскаватор для того, чтобы проложить дорогу, заменить теплосети и так далее. Грейдер нужен, чтобы вести строительно-монтажные работы.
В горизонте работы заводов и тепловых станций потребление угля будет сохраняться, а то и увеличиваться.
Как минимум, потому что стоимость вырабатываемой энергии за счет переработки угля дешевле, чем многие другие виды генерации.
Все это оборудование так или иначе используется в народном хозяйстве.
— Есть ли напряженность с кадрами в угольной отрасли на Кузбассе?
— Проблема такая есть, и возникла она из-за невнимания к этой сфере в предыдущие годы. А сегодня мы столкнулись с тем, что на наших предприятиях существует дефицит персонала. Не настолько критичный, чтобы закрывались предприятия, но если решением этой задачи мы не займемся сегодня, то завтра действительно под угрозой могут оказаться некоторые инвестиционные проекты.
Что мы делаем? Прежде всего, не закрыли ни одного колледжа, техникума даже в тяжелые времена. Они все сохранились. Большой интерес к средним профессиональным учреждениям появился у заводов, угледобывающих предприятий, которые готовы в партнерстве с правительством региона заниматься модернизацией материально-технической базы организаций СПО. Регион делает ремонт, а индустриальный партнер поставляет технику и оборудование, аналогичную тому, что используется у него на производстве.
Сегодня таким образом переоснащено 11 из 66 организаций СПО. В результате выпускники идут работать на предприятие индустриальных партнеров уже подготовленными специалистами и претендуют на высокую заработную плату.
— Приезжает ли молодежь поступать в эти колледжи из других регионов?
— Да. Именно поэтому мы планируем увеличить базу общежитий. Конкурс на поступление очень высокий не только в вузы Кузбасса, но и ссузы. На сегодня средняя заработная плата в нашей промышленности составляет 118 тысяч рублей, это на 30% выше, чем в среднем по Кузбассу.
— Будет ли все-таки снижаться потребление угля, и в частности доля угольной энергетики?
— В Кузбассе добывается как энергетический, так и коксующийся уголь. Энергетический используется на тепловых станциях и коммунальных котельных для генерации электроэнергии и выработки тепла. И коксующийся уголь поставляется металлургии и химии.
Сегодня переоснащено 11 из 66 организаций СПО.
В результате выпускники идут работать на предприятие индустриальных партнеров уже подготовленными специалистами и претендуют на высокую заработную плату.
Бюджет Кузбасса в состоянии быть профицитным, если будут хорошие цены на уголь и возможность довезти всю выпущенную продукцию до потребителя. Мы могли бы больше реализовывать социальных программ без обращения в федеральный центр.
Уголь продолжает оставаться одним из самых дешевых, надежных и безопасных источников получения энергии. И потребление угля для выработки тепла и электроэнергии никуда не денется. А если заниматься очисткой стоков, выбросов в атмосферу, то можно значительно повысить чистоту производства.
И потом, заменить угольную генерацию на выработку электроэнергии из других источников — требует огромных затрат. А ведь есть еще металлургия. Вы представляете, что значит переоборудовать металлургический завод, поставить другие печи, которые будут работать не на коксе, а на более чистой электроэнергии? Это проще снести старый металлургический завод и построить новый. К тому же нужно такой объем электроэнергии где-то получить, а насколько он будет дороже?
Поэтому в горизонте работы заводов и тепловых станций потребление угля будет сохраняться, а то и увеличиваться. Как минимум, потому что стоимость вырабатываемой энергии за счет переработки угля дешевле, чем многие другие виды генерации.
Кроме того, есть и другие точки роста, например, углехимия.
Но энергетика от угля в ближайшее время не откажется.
Фото предоставлены пресс-службой НОЦ «Кузбасс-Донбасс»
WhatsApp
ВКонтакте
.svg)
