Коммерческий оборот таким абстрактным товаром, как «углеродные выбросы», готовится к взрывному росту. Эксперты призывают развивать биржевую инфраструктуру и систему контроля за эмиссией СО2 уже сейчас. Ведь в ближайшие десятилетия спрос промышленных потребителей на отдельные товарные позиции вырастет в несколько сотен раз. Если эти позиции «зеленые».

Первоначальный замысел развивать в России добровольную сертификацию выбросов потерпел очевидную неудачу. Потребитель не готов переплачивать за экологичность товара, производитель не хочет брать на себя дополнительную нагрузку. Поэтому в данной сфере все решают административные меры, а также контроль.

Потребитель контролирует производство

Климатическая ответственность может быть драйвером рынка, заверил руководитель ОВВ ООО «Кэпт Верификация», кандидат биологических наук, эколог Владимир Лукин на форуме «Биржевой товарный рынок-2024».

Для организации оборота углеродным следом необходимо понять, какие требования предъявляются к участникам торгов. Важно, как подтверждается снижение влияния на окружающую среду.

Спрос на низкоуглеродные товары растет, это признанный факт. Есть расчеты Института алюминия о том, что спрос на низкоуглеродный алюминий к 2050 году вырастет в три с половиной раза. А спрос на «экологичное» авиатопливо — в целых 600 раз!

Владимир Лукин подчеркнул разность потребительского подхода на рынке выбросов относительно привычного, существующего на товарном рынке.

Традиционный спрос определяется, прежде всего, полезными свойствами продукции, ну и, естественно, ценой.

Когда мы говорим об углеродоемкости продукции, потребитель исследует уже не просто конечный продукт в матрице «цена–качество». Он углубляется в процесс производства. Не только этого продукта, но и сырьевой базы, которая необходима для выпуска данного изделия.

То есть здесь уже предполагается анализ всей производственной цепочки, всего продукционного цикла.
«Есть такой важный драйвер, как экологическая и климатическая ответственность и озабоченность конечного потребителя», — обозначил эколог.

Он недавно вел полемику с представителями агропромышленного комплекса, которые подвергли критике эту точку зрения. Они проводили данные исследований своих и смежников.

«Отечественные ритейлеры утверждают, что наш потребитель не готов платить за низкую углеродоемкость. Это не входит в его планы, он не понимает, что это такое. И здесь важна роль государства, необходимо заинтересовать самого производителя.

Есть отраслевой аспект, но существует и национальный аспект. Имеется Парижское соглашение, четвертая его статья, по которой каждая страна определила свой добровольный вклад в достижение целей по сокращению выбросов в масштабах национальных экономик.

Мы это можем увидеть в Стратегии развития для России, где у нас перечислены те технологии, которые необходимо развивать и как их развивать, чтобы снизить уровень выбросов. Необходимо создать некоторые стимулы, в том числе в виде критериев углеродоемкости конечного продукта. Это позволит данным технологиям иметь определенные преференции», — уверен Владимир Лукин.

По мысли эксперта, эти преференции и обеспечат позицию на рынке более дорогого, но экологически более чистого товара.

Эти основные драйверы определяют растущий спрос на продукцию с низким уровнем выбросов парниковых газов.

Как «пощупать» углерод

Если мы говорим о конечном продукте, который доходит до потребителя, то там качество продукта мы можем проверить на практике.

А вот углеродный след — это нечто, о чем мы можем только прочитать, причем прочитать в декларации. То есть в заявлении о выбросах парниковых газов, которые предоставляет производитель.

«Соответственно, ключевая задача — это обеспечить, во-первых, доступность этой информации, ее понятность для той категории потребителя, на которую она рассчитана. Во-вторых, обеспечить уверенность в том, что эта информация действительно существенна и достоверна», — рассуждает Владимир Лукин.

И вот здесь у нас возникает два основных момента: это собственно отчетность и процедура верификации. Сейчас действуют три процесса, которые обеспечивают уверенность: это валидация, верификация и сертификация.

Валидация — это оценка предпосылок на соответствие требованиям критериев.

Верификация — оценка исторических данных.

Сертификация — оценка свойств непосредственного продукта.

Если мы говорим об углеродном следе продукции и собственно углеродоемкости продукции, то здесь применим процесс верификации.

На текущий момент, когда мы оцениваем углеродный след, то ориентируемся на исторические данные, делая предпосылку, что они соответствуют текущему статусу производства. Но это именно предпосылка, а верифицируемость — это, собственно, процедура подтверждения.

Существует экологическая маркировка, которая рассчитана на конечного пользователя.

Если мы говорим об отраслевом и национальном аспекте, то там требуется более детализированная информация в виде отчета об оценке углеродного следа. И это как раз регламентируется уже стандартами серии там ISO 1467 и 1440. А если мы говорим про экологическую маркировку — стандарт 1425.

Очень важно соблюсти баланс между точностью и объективностью оценки и действительной возможностью ее реализовать.

Потому что если мы рассуждаем о сложных многокомпонентных продуктах, например агропромышленного комплекса, то здесь огромный спектр процессов. Оценить углеродоемкость каждого просто физически не представляется возможным. Поэтому очень важная часть стандарта — это ограничение спектра процессов. Нужно сконцентрироваться на действительно существенных.

Любой процесс верификации — выборочный.

Но уже на стадии планирования определяются наиболее значимые точки, где могут быть искажения, и именно по ним проводится верификация.

Есть проблема, которую Владимир Лукин назвал «болезнью роста». Она связана с некоторыми серыми зонами в критериях.

Валидатор и верификатор «в принципе, это человек без фантазии». Он не должен ничего додумывать в процессе работы.

Это просто процесс оценки, он документирован по критериям. Есть критерии, есть объект, больше ничего нет.

Но из-за нехватки критериев, причем очень существенных, что-то додумывается. Отсюда возникает критика, плюрализм мнений.

Верификатор должен глубоко углубиться в процессы, которые анализирует.

Зеленая премия

«В России изначально была сделана ставка на развитие добровольного сегмента, который был запущен в сентябре 2022 года. Было даже несколько сделок на профильной площадке Московской биржи, но фактически активности на этом рынке не наблюдается», — отметил вице-президент Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой биржи (СПбМТСБ) Дмитрий Чернышев.

По его мнению, это отражает общую тенденцию рынка. В последние десятилетия роль добровольного инструмента в углеродном регулировании или в декарбонизации последовательно снижается.

Поэтому сейчас куда больший акцент делается на развитие обязательного сегмента. Рынок квот связан с созданием специализированных систем торговли выбросами.

Одна из самых главных целей применения инструмента рынка квот это, конечно же, формирование Carbon Price, явной цены углерода в России.

«Проанализировав зарубежные рынки, мы обратили внимание на одну особенность. Достаточно большая часть производств России обладает серьезными конкурентными преимуществами и передовой по мировым меркам технологией. Они уже сейчас производят товары, которые достаточно конкурентоспособны на этом новом рынке низкоуглеродных товаров», — сказал он.

«Мы рассчитали углеродный след для производителя вторичного алюминия крупнейшего производителя в России, участника нашей ассоциации. Расчет этого углеродного следа верифицирован, в том числе международным верификатором», — поделился примером из своей практики президент «СРО «Ассоциация утилизаторов отходов «Клевер» Владимир Зотов.

Этот расчет показал, что продукция, получаемая из вторичного алюминия с точки зрения эмиссии CO₂, в десятки раз ниже, чем продукция, изготовленная из первичного алюминия.

Этот верифицированный расчет и положил начало продуктивному общению СРО профессионалов в утилизации с биржей.

«Я всегда, начиная с 2000 года, говорил о том, насколько важно считать углеродный след именно продукции. В Российской Федерации тема углеродного регулирования, низкоуглеродного развития циклична», — озвучил ситуацию с точки зрения компании-верификатора руководитель департамента аналитики и низкоуглеродного развития ООО «Экополис Сертификация и сервис» Вячеслав
Вековцев.

РФ, другие страны, и в том числе входящие в Европейский союз, не отказываются от взятых на себя обязательств в рамках Парижского соглашения.

В рамках долгосрочных стратегий низкоуглеродного развития и в рамках развития территориального углеродного регулирования они уже взяли на себя обязательство внедрять территориальное углеродное регулирование. Это обязательство действует уже сегодня. Китай, Канада и Англия, государства из Северной и Южной Америк смотрят в этом же направлении. Это общемировая тенденция, которая акцентируется на низкоуглеродном развитии и на обращении товаров с рассчитанным и низким углеродным следом. И нашей стране важно не отстраняться от мировой тенденции. Не терять с таким трудом взятый след.