Российско-китайские отношения переживают свой расцвет. Между нашими странами улажены все территориальные споры, существует множество совместных проектов в разных сферах, от нефтегазовой до атомной.

Однако параллельно бытует мнение, что Китай – потенциально самый опасный сосед России. Так ли это?

Суждения, будто Китай представляет опасность для нашей страны, возникли по двум основным причинам. Во-первых, это разница в населении: китайцев 1,3 млрд, что почти в десять раз больше населения России. Во-вторых, похожим образом обстоит дело и с экономикой Китая по отношению к российской экономике. Конечно, все это вызывает вопросы: а не захочет ли Китай взять себе российский Дальний Восток, а заодно и Восточную Сибирь?

Подобным мыслям способствуют некоторые китайские проекты по освоению российских территорий и природных ресурсов. Например, совсем недавно китайские ученые из Института планирования и дизайна городов и сельской местности (Urban and Rural Planning and Design Institute) предложили построить водопровод от озера Байкал до города Ланьчжоу. Проект предназначен для борьбы с засухой и нехваткой питьевой воды в провинции Ганьсу. По мнению специалистов, дефицит воды тормозит экономическое развитие региона, где в прошлом году выпало не более 380 мм осадков. Строительство трубопровода длиной 1720 км, через который в Ланьчжоу будет поступать вода из Байкала, позволило бы улучшить экологическую обстановку на северо-западе Китая. Труба может протянуться через горный проход Хэси между Тибетским нагорьем и пустыней Гоби.

Разумеется, проект китайских ученых был раскритикован российскими специалистами. Отечественные гидрологи посчитали, что транспортировка пресной воды из Байкала в Китай будет очень дорогой и экономически нецелесообразной; к тому же уровень воды в Байкале сейчас и без того ниже критической отметки, что связано с климатическими циклами, а также с работой Иркутской ГЭС. Так что поставка воды из Байкала в Китай ударит по экологии региона.

Российская дешевая рабочая сила

Существуют и другие проекты, которые вызывают опасения у россиян. Например, в прошлом году во время визита министра по развитию Дальнего Востока Александра Галушки в Пекин была достигнута принципиальная договоренность о переводе китайских предприятий приоритетных отраслей экономики (строительной индустрии, металлургии, энергетики, машиностроения, химической промышленности, текстильной промышленности, цементной промышленности и др.) на Восток России. Разместить такие предприятия предполагается в зоне территорий опережающего развития (ТОР) и в Свободном порту Владивосток. Что интересно, инициатива исходила от китайской стороны.

Китай, очевидно, намерен решать на Дальнем Востоке собственные задачи. Например, снизить остроту экологического вопроса в стране. В частности, «разгрузить» промышленный Север, где сконцентрирована четверть китайских производственных мощностей и, как следствие, фиксируется самое высокое загрязнение воздуха. Еще в 2013 г. Госсовет КНР опубликовал план сокращения избыточных производственных мощностей в ряде отраслей промышленности. Согласно этому плану, надо ликвидировать такие вредные производства, как химическое, алюминиевое, цементное, стекольное. Перенос их планировался в беднейшие страны Африки, однако, видимо, кризис российской экономики повлиял на эти планы, и китайцы решили, что лучше переносить производства в Россию, так как это и ближе, и, возможно, дешевле.

Особую озабоченность здесь вызывают вопросы экологии. Конечно, отечественные чиновники уверяют, что не допустят переноса грязных производств. Но стоит ли им верить, особенно учитывая, что у нас в стране, в отличие от Китая, чиновникам за коррупцию смертная казнь не грозит? К тому же ряд экологов утверждает: установленные в России экологические требования крайне слабы и, как правило, не соблюдаются на практике. А главное, что многие опасные химические вещества, которые используются на заводах КНР, в России не подлежат нормированию и, как следствие, контролю. Например, в Greenpeace считают, что перенос части китайского производства на Дальний Восток может повлечь увеличение экологических рисков не только для региона, но и для всей нашей страны.

Конечно, Greenpeace – организация довольно специфическая, учитывая весь шлейф не очень красивых историй, тянущийся за ней, но, может быть, стоит прислушаться в данном вопросе? К тому же беспокойство в соцсетях высказывают не только экологи-активисты, но и простые жители Дальнего Востока, которые выступают против увеличения числа вредных производств в их регионе, особенно учитывая, что они принадлежат китайцам.

Другой взгляд

Впрочем, насколько обоснованны опасения наших сограждан? Возьмем ту же ситуацию с Байкалом. Ведь никто не заставляет нас продавать воду китайцам. Да и сам Китай, как стало известно не так давно, решил повременить с выделением кредита в 1 млрд долларов на строительство Шурэнской ГЭС в Монголии. Причиной стала как раз обеспокоенность России в связи с тем, что строительство гидроэлектростанции на реке Селенга может навредить Байкалу. Пекин намерен отложить выдачу средств до тех пор, пока Улан-Батор не достигнет компромисса с Москвой.

А что касается переноса производств, то, как уверяют сами китайцы, если они здесь появятся, то будут российскими юридическими лицами, значит, будут обязаны соблюдать все российское природоохранное законодательство. Только в этом случае они будут иметь шанс на работу. Как заявляют представители деловых кругов Китая, они переносят свои производства в другие страны не потому, что загрязнили собственную территорию, а по объективным причинам: как импортерам сырья, им нужно двигаться туда, где оно производится. И они понимают, что без соблюдения природоохранного законодательства у них не будет шансов перенести производство на территорию РФ. Поэтому они готовы даже дополнительно вкладываться в природоохранные технологии.

Ну и наконец, если говорить языком цифр… Прямые инвестиции Китая в российский Дальний Восток составляют лишь 0,7 % от общего объема всех прямых иностранных инвестиций в регион. По сути, Китаю российский Дальний Восток не так уж и интересен. Причин этому много – несовершенство и нестабильность российского законодательства, излишняя зарегулированность экономической деятельности в области лицензирования и работы таможенной службы и сложность налоговой системы, а также неразвитость инфраструктуры, слабо развитая логистика, что затруднит поставки в центр России, неудовлетворительное состояние портов. Есть и серьезные кадровые сложности: на Дальнем Востоке попросту не хватает трудовых ресурсов, а отток молодого и инициативного населения порождает проблему недостаточной квалификации оставшейся рабочей силы. Наконец, отсутствие емкого рынка: Китай обеспечивает свои рынки необходимыми товарами, однако на Дальнем Востоке такой рынок только предстоит создать, здесь низка плотность населения, значит, невысоким будет и спрос на продукцию.

У Китая есть и собственные проблемы. Во-первых, не стоит думать о Китае как о стране, где местным жителям уже не хватает места: большинство китайцев проживает в сильно урбанизированных районах на восточном побережье, а по мере удаления от него, особенно на Западе страны, плотность населения сокращается и местами близка к российским показателям. Так что у Китая есть серьезная мотивация заниматься освоением своих почти пустынных территорий вместо заселения чужих, особенно учитывая, что неосвоенные территории Китая также богаты ресурсами. Что касается интереса к российскому Дальнему Востоку как к перспективному региону, то сегодня Китай значительно больше интересует укрепление своего влияния на Среднюю и Южную Азию, Монголию.

Итак, «китайская угроза» по большей части надуманна. Но это не значит, что можно закрывать глаза на реальные проблемы в развитии Дальнего Востока России. Регион стремительно пустеет: с момента распада Советского Союза он потерял около четверти населения, и при сохранении такой тенденции через 30‑40 лет наш Дальний Восток практически опустеет. В регионе надо развивать собственные производства, открывать новые предприятия и создавать целые новые отрасли. Надо стимулировать развитие региона различными льготами и т. д.

Судя по принятию решения о снижении энерготарифов на Дальнем Востоке до среднероссийских, а также по другим последним инициативам (строительство космодрома «Восточный», выделение участков земли любому желающему), правительство понимает всю остроту проблемы. И если развитие Дальнего Востока и дальше будет для властей одной из приоритетных задач, то регион останется российским. Это зависит в первую очередь от нас, а не от тех или иных соседей.