В мае депутаты Госдумы планируют рассмотреть проект ФЗ № 594962-8 «О внесении изменений в Федеральный закон «Об электроэнергетике» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (о системообразующих территориальных сетевых организациях и внедрении автоматического дистанционного управления режимами работы объектов электроэнергетики)». Многие замечания, звучавшие в ходе работы над документом, устранены, но остаются нюансы, которые важно учесть «на берегу».

Не привилегия, а ответственность

«Первая версия законопроекта была размещена в апреле 2022 года, спустя два года документ внесен в Думу. Концептуально он не претерпел особых изменений за этот срок: системообразующая территориальная сетевая организация (СТСО) является котлодержателем. Единолично исполняет функцию по заключению договоров с потребителями и выступает единственным центром ответственности за надежное энергоснабжение, — прокомментировал первый заместитель председателя Комитета Госдумы по энергетике Валерий Селезнев. — Однако есть крупное нововведение — разрешение на создание двух СТСО в Москве, что подталкивает ходатайствовать о подобных послаблениях и в других регионах. Оговорюсь: исключение Москвы из общего правила стало возможным благодаря закону «О статусе столицы Российской Федерации».

ФАС России поддерживает законопроект в текущей редакции, заявил начальник отдела тарифного регулирования электросетевого комплекса и формирования баланса ФАС России Максим Пальянов.

«Надеемся, принятие законопроекта позволит СТСО активно консолидировать бесхозяйные сети и сети собственников, которые по различным причинам не могут быть консолидированы иными сетевыми организациями, — отметил он. — При создании СТСО будет сформирован единый стандарт ответственности в рамках одного субъекта РФ.

Статус «СТСО» — не какая-то привилегия, а большая ответственность, которая ляжет на данные организации. Им предстоит работа с бесхозяйными сетями, сетями садовых некоммерческих товариществ (СНТ) и теми, которые администрации муниципалитетов будут отдавать в СТСО.

Деятельность прочих сетевых организаций в этом плане никак не изменится. Единственное новшество, которое их затронет, это изменение котловой схемы расчетов в рамках субъектов РФ: везде будет только котел сверху. Для сетевых организаций это плюс, поскольку СТСО заберет на себя проблему неплатежей со стороны потребителей, а значит, и кассовые разрывы, и судебные разбирательства».

Максим Пальянов подчеркнул: у ФАС было много замечаний к законопроекту, но их удалось урегулировать.

«Мы поддержали позицию Минэнерго о тарифных последствиях, которые несет в себе законопроект, проведение детального анализа было одним из требований Правительства.

Также в документе есть норма, которая реализуется в рамках поручения Президента РФ, — это ограничение операционных расходов на одну условную единицу. Параллельно мы подготовили соответствующий протокольный НПА, сейчас он проходит процедуру оценки регулирующего воздействия. Напомню, данная инициатива предполагает ограничение во всех субъектах РФ операционных расходов на уровне крупнейшей сетевой организации в регионе.

Также работаем над актами Правительства РФ, касающимися усовершенствования норм в части консолидации. К примеру, предполагаем пересматривать нормативы потерь при крупных консолидациях и учитывать экономию операционных расходов в необходимой валовой выручке (НВВ) сетевых организаций при консолидации».

Польза пока под вопросом

Несколько иная точка зрения у начальника Управления по контролю за издержками на ТЭР Департамента энергетики ПАО «НК «Роснефть» Дениса Милютина.

«Минэнерго говорит, что этот законопроект направлен сугубо на интересы потребителей. Однако особой пользы для них мы пока не видим, — прокомментировал он. — Кажется, что обсуждаемый документ направлен на еще большую монополизацию и так монопольного сектора энергетики. Нам заявляют, что какие-то сети плохо содержат свое хозяйство, поэтому с ТСО это будет делать гораздо лучше. У нас оно тоже есть, и никто больше, чем мы сами, не заинтересован в том, чтобы наши объекты снабжались надежно и качественно. В случае аварии мы первыми прибежим и приложим максимум усилий для ее ликвидации».

Вызывает вопросы у Роснефти и возможное ограничение операционных затрат на одну условную единицу.

«На наш взгляд, более целесообразно заключать договоры об использовании объектов сетевого хозяйства, заключаемые с СТСО, только с теми, у кого эти показатели надежности и качества неудовлетворительные, хуже, чем у самой СТСО, — продолжает Денис Милютин. — В законопроекте указано, что требование о заключении таких договоров не будет распространяться на сетевые компании, которые преимущественно оказывают услуги сами себе. Если промышленное предприятие имеет статус сетевой организации, оно не должно заключать такие договоры. Но критерии отнесения к таким компаниям переданы на уровень Правительства.

В первой версии НПА был обозначен критерий 80%, потом его снизили до 60%. Нас устроили бы такие параметры, но хотелось бы, чтобы они были отражены в самом проекте закона, чтобы у Правительства не было соблазна их менять.

Еще одно замечание касается моно-ТСО. Несколько лет назад нам рассказывали, что моно-ТСО — условное зло. Они «отъедают» котловую выручку у сетевых компаний. Поэтому их надо вывести в отдельное юридическое лицо и сделать так, чтобы моно-потребитель оплачивал услуги моно-ТСО сверх котловых тарифов. Теперь, судя по проекту закона, такие сетевые компании не имеют права заключать договоры с потребителями, поэтому они должны быть обратно внедрены в котел. На наш взгляд, это нецелесообразно. Считаем, моно-ТСО должны остаться даже в случае появления СТСО».

Максим Пальянов подтвердил, что дискуссии по поводу моно-ТСО были, но затруднился сказать, на какой редакции остановились коллеги из Минэнерго, когда вносили документ в Правительство РФ.
Без исключений не обойтись?

Вместе с тем, законопроект фактически предусматривает запрет на прямое подключение предприятий к магистральным электросетям ФСК. С 1 января 2024 года все новые потребители будут обязаны присоединяться к ним только через СТСО. Такая норма, полагает директор по развитию энергорынков и энерготрейдинга ООО «Сибирская генерирующая компания» Антон Данилов, дискриминирует потребителей, уже заключивших договор на техприсоединение, но не успевших уложиться в срок.

«Если он есть, надо разрешить потребителям доприсоединиться к сетям ФСК, — отметил эксперт. — Также предлагаем исключить из данной нормы электростанции. Желательно, чтобы крупные потребители располагались рядом с ними — в таком случае придется строить и обслуживать меньше электрических сетей. Да и у станции есть дополнительные ресурсы: пароснабжение, водоснабжение и прочее, что должно улучшать экономику.

Плюс еще есть такое положительное явление, как частотная делительная автоматика (ЧДА): когда в энергосистеме возникают проблемы, остаются сбалансированные очаги, как, например, электростанция и потребитель, они работают изолированно. И система начинает синхронизироваться, собираться из таких очагов. Чем больше их будет, тем надежнее будет работать система в аварийных ситуациях и тем проще ее восстанавливать».

Минэнерго пообещало взять этот вопрос в проработку.

Важно избежать спекуляции

Немало замечаний у Сообщества потребителей энергии:

«Все понимают, что СТСО становятся монополистами, и мы бы не хотели, чтобы такие организации использовали свое доминирующее положение в спекулятивных целях. Появление СТСО не должно влиять на рост тарифов — наоборот, укрупнение, консолидация должны приводить к снижению тарифа или хотя бы его оптимизации, сейчас ситуация обратная, — констатирует заместитель директора по правовым вопросам Совета рынка Иван Забуйский. — Не все собственники развивают сети одинаково — этот факт в свое время подтолкнул к идее об укрупнении сетей.

Не секрет, что на сетях в регионах пытаются зарабатывать, их не обслуживают, завышают НВВ, но есть сети крупных промышленных потребителей, так называемые моно-сети, требования к качеству которых зачастую гораздо более жесткие с точки зрения надежности энергоснабжения и обслуживания. Необходимо правильно и корректно обеспечить изъятие моно-сетей из-под действия общего правила. Юридическая техника, которую Минэнерго предлагает в последней редакции законопроекта, нас не устраивает.

Вопрос изъятия моно-сетей был поднят по итогам совещания у заместителя председателя Правительства РФ Александра Новака, где прямо было указано на необходимость доработки законопроекта в части закрепления положений, предусматривающих нераспространение механизма СТСО на моносетевые организации, созданные до 1 января 2024 года. Исключение в части моно-ТСО должно устанавливаться рассматриваемым законопроектом, а не постановлениями Правительства, разработанными в его развитие».

По мнению Ассоциации, в законопроекте присутствуют явные противоречия. Например, устанавливается закрытый перечень лиц, которые могут заключать договор с ЕНЭС, моно-ТСО в нем отсутствуют. Также устанавливается прямое ограничение в части того, что услуги по передаче электроэнергии осуществляются исключительно СТСО, то есть документ предусматривает расторжение договоров с ТСО, не имеющими статуса СТСО, но которыми моносетевые организации не являются.

Вероятно, все эти и другие нюансы будут еще неоднократно обсуждаться при рассмотрении законопроекта. Представители профессионального сообщества убеждены, что их нельзя игнорировать, ведь от того, насколько качественным и проработанным будет итоговый документ, зависит будущее электроэнергетики.

(По материалам заседания Секции по вопросам антимонопольного законодательства в части регулирования и контроля за деятельностью отраслей ТЭКа и обеспечения конкурентного ценообразования на энергоресурсы Экспертного совета при Комитете Госдумы по энергетике под руководством Валерия Селезнева).